Скрипка

Сразу две крупные российские компании по производству и продажи лицензионной продукции «Пролог-мьюзик» и «Квадро-диск» подписали соглашение и приняли на дистрибьюцию диски с записями скрипача Вардана Маркоса (Маркосяна). Все, что продавалось до сих пор в магазинах и на концертах маэстро (запись 2000 года под названием «Парад страстей» до подписания договора разошлась в количестве более 5-ти тысяч экземпляров) реализовывалась...

Наши читатели с интересом следят за земляками, уехавшими покорять столицу. 3 марта Вардан Маркос (Маркосян) приземлился на родной красноярской земле, прилетев на несколько дней в наш город, чтобы поздравить женщин с праздником 8 Марта. А перед его возвращением в Москву мне удалось встретиться с известным скрипачом и расспросить о последних событиях в жизни.

— Кто оказался в ряду счастливчиков, которые смогли услышать твое выступление?

— Это работники Дивногорского завода низковольтной аппаратуры. Нас связывают давние дружеские отношения. Кстати, в Дивногорске состоялся мой первый кассовый гастрольный концерт, это было в 1999 году. В зале было не более 100 человек, но многие потом жалели, что не пришли. С тех пор я не раз приезжал в ДК «Энергетик». Концерт, конечно, посвящен женщинам. Программа праздничная, состояла из новых произведений. Я продолжаю сотрудничество с хореографом Еленой Голосовой и ансамблем современного танца «Престиж», а также с Владимиром Ведмицким, поставившим новые номера моей программы. Кроме того, коллектив который я по праву считаю своим, выступил перед прекрасной половиной строительной организации «Ассоциацией красноярских строителей». Надеюсь, что концерт вдохновил их на новые трудовые достижения. А ещё было выступление для одного из красноярских клубов на модной вечеринке с приглашением вип-персон. Но не стоит отчаиваться тем, кто не попал на эти выступления. На самом деле они не были запланированы и возникли внезапно, а я готовлюсь к концерту-презентации новой пластинки, выпущенной Арткремлем и названной так же, как и моя новая программа «Время триумфа». Он состоится 11 мая в БКЗ.

— Ты по-прежнему много гастролируешь. Расскажи подробнее.

— Гастролей стало ещё больше. И даже от многих предложений приходится отказываться. Нужно много репетировать, чтобы быть в хорошей форме. Но график настолько плотный, что порой концерты приходится давать прямо, как говорится, с колес. Например, самолет прибывает в 14 часов, а в 19 уже концерт. И такие ситуации случаются все чаще и чаще. Этот сезон на гастроли выдался особенно урожайным. Судите сами: большой дальневосточный тур, затем север России — Архангельская область, далее Мурманск и Мурманская область. Это места необыкновенные, люди там живут потрясающие, а слушатели такие, о каких может мечтать каждый артист. Были и сюрпризы, например, в Южно-Сахалинске. Я закончил программу, сыграл на бис, но публика не отпускала, устроив настоящую овацию, но удивление не в этом, а в том, что зал скандировал: «Ва-лен-ки… ва-лен-ки…» Дело в том, что «Валенки» — это совершенно новый шуточный номер моей программы, и он исполнялся всего три раза. Дважды в Красноярске: на премьере концерта и в ночном клубе «Колорадский папа», и в Сочи, где я исполнил новинку, чтобы проверить реакцию слушателей. А на Сахалин я приехал впервые, так что знание моего репертуара действительно потрясло. Оказалось, что одна компания, находясь на отдыхе в Сочи, побывала на моем концерте и образовала в Южно-Сахалинске фан-клуб. Кстати, Дальний Восток побил все мои личные рекорды по продаже дисков. После Владивостока, Находки, Уссурийска, Благовещенска, Хабаровска и Сахалина я гастролировал по русскому Северу — Архангельской области, городам Сольвычегодск, Котлас, Коряжма, Савватия, Северодвинск и др. Принимали чудесно, а буквально через два месяца я вернулся туда же, чтобы провести акцию для молодежи.

— Гастроли в каких краях оставили наиболее яркие впечатления?

— Незабываемыми оказались гастроли по Мурманской области. Это морские базы Северного флота на Кольском полуострове. Мужественные люди, суровые условия жизни и душевная теплота поразили меня, Эти гастроли надолго останутся в памяти. Во-первых, стены моей квартиры увешаны теперь фотографиями подводных лодок, во-вторых, случилось одно семейное событие. В этих местах захоронен дед моей супруги. Он долго числился без вести пропавшим, и вот спустя столько лет, благодаря Мурманскому военкомату, удалось разыскать место, где он перезахоронен. Но побывать там не удалось. Это огромный открытый мемориал — в этих местах шли ожесточенные бои, погибло очень много солдат, но он по пояс оказался засыпан снегом, я не говорю о 40-градусном морозе и полной мгле полярной ночи. Поэтому мы запланировали вернуться летом-осенью в эти края. А Мурманская филармония пригласила вновь выступить с концертами в Снежногорске, Полярном и Гаджиево — городах, куда попасть можно, лишь пройдя три поста строжайшего контроля, по спецпропускам, оформленным задолго до концерта. Военные базы — это очень серьезно. И не ищите эти города на карте. Ведь есть ещё строгая секретность. Совсем недавно я побывал в Тюмени, Кургане, Тобольске и Челябинске, где вместе с Надеждой Бабкиной и лидером команды КВН «Утомленные солнцем» Мишей Галустяном участвовал в совместных концертах.

— Что ждет после Красноярска?

— Снова Красноярск. Но это, как я говорил, в мае. Запись на студии новых произведений, времени очень мало, а работа огромная. Репетиции программы и подготовка большого московского концерта в октябре в Театре эстрады с участием звезд балета Эльзы Лиепы, Натальи Чеховской, Василия Полушина и российских эстрадных исполнителей. Планы ещё более обширные, но об этом пока рано. Одним словом — работать. По мере возможности смотрел выступления наших олимпийцев. Намеченный концерт в Театре эстрады — это моя Олимпиада, и нужно выступить достойно.

— Я знаю, что в Москве был с концертами в международном Доме музыки Нильда Фернандез, с которым ты тоже гастролировал. Удалось ли пообщаться?

— Нильда пригласил меня на концерт, и мы были всем составом музыкантов, которые несколько лет назад ездили на гастроли, но уже сейчас в качестве зрителей. Сергей Боганов, его гитарист, — теперь мой аранжировщик, и проект «Время триумфа» — его воплощение.

Концерт был феерическим, на сцене — необыкновенные музыканты, настоящие, Виртуозные. Звучание просто потрясающее. Большая струнная группа и духовые. Я тоже хочу уже давно выступать с оркестром, но это невозможно для гастролей, во-первых, а во-вторых, нужны средства и место для репетиций, да много чего ещё. Так что эта мечта пока не осуществилась, но есть несколько реальных предложений, и, возможно, они состоятся в следующем сезоне. Кстати, когда я выступал в Красноярске, мне понадобилась рок-группа для тех же пресловутых «Валенок», я обратился к местным музыкантам с предложением выступить, но они запросили гонорар, чуть ли не превышающий мой собственный. А ты говоришь — оркестр.

Сегодня, когда отменены льготы для выпускников творческих ВУЗОВ, много споров вызывают решения о службе в армии артистов, музыкантов, людей творческих специальностей.

Я знаю, что в отличие от многих Вардан Маркос (Маркосян) служил не в военном оркестре, а в настоящей Армии в танковом взводе и его военная специальность — механик-водитель

— Меня призвали в Армию на 2-м курсе консерватории. Это был один из последних призывов Советского Союза, до его распада оставались считанные дни. И сразу направили в элитные танковые части за границу. Я служил в Чехословакии. Удивительно, то, что я был достаточно крупным юношей для танкиста, моего роста и комплекции в нашем взводе никого не было.

Сначала я пытался робко возражать против механической сборки-разборки, когда нужно было возиться с грязными промасленными деталями, ремонтировать танк или БТР, де, я скрипач, мне нужно руки беречь. Но естественно, никто не обращал на мои просьбы никакого внимания.

Дома родители постоянно переживали, тряслись надо мной, чтобы не было каких-нибудь травм. Помню, старший брат купил мне велосипед. Детской радости не было предела, и я уже предвкушал, как буду кататься с ребятами во дворе.

Мы уже накачали колёса, но пришел отец и велел брату отнести велосипед обратно в магазин. Я до сих пор ощущаю запах смазки, резины и как будто вижу это новенькое никелированное чудо. Так не сбылась моя детская мечта. Мои домашние боялись, что, катаясь, я смогу повредить руки. Мне запрещали заниматься каратэ и другими видами борьбы. Кстати я нисколько не удивился, что Владимир Спиваков, прославленный скрипач и дирижер, увлекался боксом.

Конечно, в армии не было никакой возможности брать в руки скрипку. Да и уставал так, что было не до музыки. И вот однажды на учениях в танке на крутом спуске машину так резко тряхануло, что я едва успел выставить вперед руку, что бы не разбить голову. Рука распухла. Но не было времени обращать на это внимание. Уже на следующий день я отпросился в госпиталь, мне сделали рентгеновский снимок и тут же его показали. Увидев это, я в прямом смысле потерял сознание.

Вернулся в часть, что бы предупредить командира, но как раз в этот день пришел приказ о передислокации. Мы должны были вывезти все имущество части в какие-то короткие и невероятные сроки. Началась подготовка и уже никого никуда не пускали. Я плохо тогда знал русский язык и толком ничего не мог объяснить, а моя бедная рука уже просто стала чёрного цвета. Не знаю, чем бы все закончилось, но через 5 дней меня разыскал фельдшер нашего госпиталя, меня срочно прооперировали и руку спасли. Но именно этот случай я считаю одним из самых важных для меня.

Я тогда существовал по воле родителей. Они отправили меня в музыкальную школу, им посоветовали продолжить обучение в училище. Я ведь родился в маленьком, отдаленном от центра горном местечке. И только когда случилась эта травма я понял, что во чтобы-то ни стало я должен играть, должен стать музыкантом. Демобилизовавшись, я репетировал по 10 — 12 часов, ведь рука не слушалась. От гамм и арпеджио уставали больше окружающие, я просто был одержим. Я, даже благодарен судьбе, что это испытание на прочность и верность профессии я выдержал. Армию иногда вспоминаю и вспоминаю только хорошее. Это была настоящая школа.

Вардан Маркос приехал в Красноярск, чтобы провести свой юбилейный концерт в родном городе на сцене Большого концертного зала 7 ноября. Пять лет назад на сцене Дома актера состоялась премьера его шоу «Парад страстей», а год спустя после этого, в соавторстве с балетмейстером из Санкт-Петербурга Александром Полубенцевым, родился оригинальный музыкально-пластический спектакль-притча «Наваждение».

…В театральном общежитии-коммуналке жил Вардан. Каждый вечер он спускался в оркестровую яму и играл на скрипке. Скрипка была не Бог весть, какая, но раритетная, антикварная с солидным возрастом (аж!) сто пятьдесят лет. Она издавала печальные звуки и требовала к себе почтительного внимания. Помимо оркестра скрипка играла повсюду: в ресторанах, казино, в маленьком уютном баре «Пикра», ужасаясь от немыслимых импровизаций на расстроенном пианино Яши Айзенберга. Выделывала виртуозные пассажи, взвизгивая от восторга на джазовых фестивалях рядом с Гараняном и Сергеем Манукяном, Крамером и Кузнецовым. Бережно укутанная фланелью сквозь дождь и пургу путешествовала по городу, не находя покоя…

Вардан о покое не мечтал. Он варил многодицебельные ритмы, подливал к ним симфонические звуки и классические мелодии, приправлял простыми человеческими чувствами и пронзительными соло. Получалось очень здорово. Всегда про любовь, смерть, вечность, Бога и одиночество.

Всевозможные личные истории, интриги, поступки прорывались сквозь рев динамиков. Вардана ругали, требовали убрать радиомикрофон и рев. Он смотрел большими добрыми детскими глазами, и в них отражалось небо. А он продолжал играть.

Короче говоря, в душном, переполненном зале Дома актера, где он играл свои концерты, на меньшее, нежели жизнь, рассчитывать было глупо.

Ещё он мотался по городам и весям в вечно грязном и ржавом авто, ловко орудуя кувалдой и домкратом для его починки. Мчался на помощь товарищам, по первому сигналу СОС. И не пропустил ни одного мало—мальски значимого события, от запуска фонтана до новогодней ёлки, репетируя по ночам, испытывая нервы соседей и вызывая их праведный гнев. Вечный странник — с головой греческого бога и профилем Паганини, роскошной шевелюрой густых русых волос и сердцем вмещающим мир.

…Она в общежитии не жила, не моталась по городам и весям в ржавом авто, и помимо «Мерседеса», ездила на роскошном джипе цвета «Грин металлик», с подогревом сиденья в мороз и кондиционером в жару. Слушала Баха и Вивальди, имела лик белокурого ангела и вдохновляла своим образом местных живописцев.

Из пестрых шерстяных нитей плела ковры и покрывала. Читала по утрам Шекспира, русских писателей, обожала Кастаньеду и Арто, состояла в переписке с Соложеницыным и знала наизусть едва не всего Бродского.

А потом она заболела Театром.

Познакомилась со свалившимся с Луны Климом и режиссером ТЮЗа Берзиным. Отреклась от былого благополучия и едва не умерла от интриг и безденежья. Впрочем, все это события прошедших дней.

Театр давно сгорел. Клим исчез где-то в Москве, Питере, Киеве и Бог знает где, Берзин уехал. А она забрела в Дом актера на день рождения актера Майзенгера.

До этого момента они могли встретиться, по меньшей мере, тысячу раз. Оба метались в поиске истины, мечтали вылезти из рутины, и дотянуться до звезд. Их взгляды встретились, а они сами уже никогда не расставались. Антиподы и две части одного целого, они постоянно ругались и спорили, а ночью он ей вместо колыбельной пел отрывки из «Тоски». Вместе они построили свой театр. Без стен и крыши над головой, продуваемый всеми ветрами, с символом Ангелом- Варданом, парящим над суетой. С бутафорскими скамейками и фонтанами, с тряпичными декорациями, где нарисованный город становился то Зальцбургом, то Иерусалимом, то Красноярском.

Спектакль Вардана — это, конечно же, история любви не только Странника и его Музы, его собственная история (было бы глупо на это рассчитывать). Это история всех влюбленных от Адама и Евы, шекспировских Ромео и его Джульетты, комических Арлекина и Коломбины, реальных Юноши и Девушки, История Любви, выраженная в стихии танца, света, музыки, фантастическая, но совсем не банальная. Она подарила ему свое сердце. Он ей самое ценное, что у него есть — свою скрипку и всю свою душу.

Т Я слушаю «Вечную любовь» и думаю: как все-таки хорошо, что наш город ангел-скрипач осеняет свои легким крылом. Что можно не тратить слов: изящных, грубых и ещё Бог знает каких, а погрузиться в бесконечные незамкнутые потоки звенящих струн и бряцанье тоненьких Колокольцев.

Я сожалею, что он упорхнул к новым, неизведанным вершинам, чтобы воспарить над московской суетой. Чтобы уже там голосом своей скрипки, голосом, полным страсти и тоски, пробиться сквозь миры акустических стереосистем, явив нам чувства, которыми вечно болен и велик человек.